А, точно, гурт. Это я затупил и нет мне оправдания. )))
Да, приведенный отрывок — аналогия: в обоих случаях члены группировок узнавали друг друга по специально сделанным жетонам, а у кого их не было — тех, значит, в преступный круг не допускали.
Мда, пассажик.
Раз человек умер, значит он липцу неинтересен – ни в жопу не поцелует, ни срушных очков-баллов не принесет.
Как вообще некоторые люди могут общаться с гришкой? – ведь от него таким дерьмом за версту разит, как от прорвавшей канализации.
А его клоунада со смертью Аркаши? Верх кощунства и цинизма.
«…хорошо воспитан, тактичен и очень нежен».
Нет слов.
Имперские или какие другие шлемы, которые входили в комплект защитных доспехов гладиаторов делались из железа.
Естественно, плотность железа такова (7,874 г/см³), что пропитать его кровью – никак не представляется возможном.
Но молчу, молчу. )))
Ведь гладиаторов на самом деле не существовало – все они фальсифицированная подделка, не так ли?
Я такую хренотень нигде не встречал.
А что у нее на аверсе?
«– Но, мой друг, – сказал Шико, – вы не забыли, что вам нужно произносить речь?
– Она у меня здесь, – сказал монах, стуча кулаком по своему лбу, на который со щек уже наплывал огненный румянец.
– В половине десятого, – напомнил Шико.
– Я солгал, – признался Горанфло. – Omnis homo mendax confiteor.
– В котором же часу на самом деле?
– В десять часов.
– В десять часов? По-моему, монастырь закрывается в девять.
– Ну и на здоровье, пускай себе закрывается, – произнес монах, разглядывая пламя свечи через стакан, наполненный рубиновым вином, – пусть закрывается, у меня есть ключ.
– Ключ от монастыря? – воскликнул Шико. – Вам доверили ключ от монастыря?
– Он у меня в кармане, – и Горанфло похлопал себя по бедру, – вот здесь.
– Не может быть, – возразил Шико. – Я отбывал покаяние в трех монастырях; я знаю – ключ от аббатства не доверяют простому монаху.
– Вот он, – с торжеством в голосе заявил Горанфло, откидываясъ на стуле и показывая Шико какую-то монету.
– Смотри-ка! Деньги, – сказал тот. – А, понимаю. Вы совратили брата привратника, и он в любой час ночи пропускает вас, несчастный грешник.
Горанфло растянул рот до ушей в блаженной и доброй улыбке пьяного человека.
– Sufficit! – пробормотал он.
И неверной рукой понес монету по направлению к карману.
– Подождите, дайте сначала взглянуть, – остановил его Шико. – Смотри, какая забавная монетка.
– Это изображение еретика, – пояснил Горанфло. – А на месте сердца – дырка.
– Действительно, это тестон с изображением короля Беарнского. В самом деле, вот и дырка.
– Удар кинжалом! – воскликнул Горанфло. – Смерть еретику! Убийца еретика заранее причисляется к лику святых, я уступаю ему свое место в раю.
«Ага, – подумал Шико, – вот кое-что начинает уже проясняться, но этот болван еще недостаточно опьянел». И гасконец снова наполнил стакан монаха.
– Да, – сказал он, – смерть еретику и да здравствует месса!
– Да здравствует месса! – прорычал Горанфло и с размаху опрокинул стакан в свою глотку. – Да здравствует месса!
– Значит, – сказал Шико, который при виде тестона, зажатого в толстом кулаке монаха, вспомнил, как привратник осматривал руки у всех входивших под портик монастыря, – значит, вы предъявляете эту монетку отцу привратнику и… вы…
– И я вхожу.
– Свободно?
– Как вот это вино входит в мой желудок.
И монах проглотил еще одну порцию доброго напитка.
– Чума побери! Если ваше сравнение верно, то вы войдете, не касаясь дверей.
– Для брата Горанфло, – бормотал мертвецки пьяный монах, – для брата Горанфло двери распахнуты настежь».
А.Т. Дюма, «Графиня де Монсоро».
Почему «на лишнюю»? Ты знаешь, сколько их там было? От «Виагры» не один Собчак издох — оно совершенно нормальное явление среди людей у которых проблемы с сердечно-сосудистой системой.
Перечисленные тобой граждане — приспособленцы-номенклатурщики, а не историки, об чем сыр-бор?
Читай Рабиновича — там все по-честному.
Во, блин, делать людям больше нечего, как дискутировать со всякими шаромыжниками. Да и шаромыжники никогда не вступят в подобную дискуссию из страха быть разоблаченными и раздавленными.
Да никто никого здесь не банит и «не терпит» — есть Интернет-площадка, каждый волен делать на ней все, что пожелает насчет своей литературной составляющей.
Мне оно вообще фиолетово, я такой же равноправный участник событий, каки остальные.
И всякие «разночтения в наших взглядах» не колышут, потому, что свой персональный – постараюсь отстоять по возможности, ибо он проверен электроникой зиждиться не на пустом месте.
Об Пушкине.
Оставьте все эти грошовые инсинуации от псевдоисториков. Товарищ был убит раз и навсегда. Все.
Александр Сергеевич сочинил порядка трех тысяч произведений. За тридцать семь лет своей жизни. Хвостов написал куда как больше. Но разница очевидна.
Творчество Жуковского мне нравится больше, чем пушкинское. Однако то, что Пушкин – мега-гений, я не отрицаю.
Об стихотворчестве.
Поэтика – это наука и наука точная. Такими же должны быть и стихи.
Малерб – предтеча классицизма, призывал поэтов сочинять стихи «живой разговорной речью и подражать в простоте изложения крючникам на мосту», т.е., так, чтобы всем все было понятно.
Ясное дело, что только пытливый ум способен зацепиться за всякие кракозябки, остальные граждане воспримут, как должное, любую хрень, выданную с должным пафосом.
Но, если в мире существуют въедливые старикашки, подобные мне, значит, поэты обязаны сочинять так, чтобы и у нас не возникло никаких вопросов, ведь пишется-то для людей, а не для самих себя.
Об хламиде.
Вроде бы, в оригинале было «серебряный царь ночи».
А визуально… Никаких богов в природе не существует, что их представлять-то?
Краска, имитирующая серебро, называется «Серебрянка», а не «Серебренная».
Где тут бабское?
Дык, я уже неоднократно говорил об том, что Путен изобрел вечную жизнь в своем лице. )))
Об памяти на лица.
Было дело, отыскал, ради интереса, своего самого первого учителя – она тогда только выпустилась, мы были у нее первыми. Не узнала. Даже фамилию не вспомнила. Хотя прошло каких-то там сорок с небольшим лет, хотя я еще в первом классе блистал уникальными способностями – когда мне надоело выводить казенные каракули, принес на урок пропись, заполненную мной дома перьевой(!) ручкой еще в дошкольном возрасте, а потом (но это было уже в третьем), благополучно спалил крыло родной школы, поджегши лакокрасочные материалы, заготовленные к летнему ремонту.
Обидно-с.
А меня ничего не удивляет: люди – они такие… всякие разные бывают.
Интернет дал им возможность проявить себя в определенном контексте, вот они и стараются изо всех сил.
Был бы тот же липец обычным безвредным метроманом, да хрен бы кто заинтересовался его персоной.
Зато теперь он – фигура: сами Софья Юрьевна и Юм Адонаевич сотоварищи обратили на него свое внимание.
Т.е., Вы обожаете монгольцев?
Бывает.
Но, при этом, однако, хотите сделать им козу чужими руками? )))
«Все сфальсифицировано».
Как же я устал от подобных обывательских заявлений граждан, которые, не будучи историками по образованию, но, наслушавшись и начитавшись всяких шарлатанов, становятся адептами новой религии под названием «Оно было совсем по-другому».
Головой, головой нужно думать, а не каким-то там местом, падким на всякие антинаучные провокации.
Дык, Собчак – всего лишь очередное порождение жидовской идеологии. Поэтому ее и «критикуют». )))
Кстати, а как Толик относился к твоей борьбе с ним? )))
С Бату-ханом все понятно. А насчет т.н. «Битвы на Куликовом поле» и первого «Лжедмитрия» — там не все так просто даже с точки зрения Истории. Не церковно-летописной, а той, которая наука.
…Ты знаком с Александром Васильевичем Коржаковым? Если что, я – да.
Зная Коржакова, у меня нет причины не верить ему: Собчак сдох от употребления «Виагры», а специально травить его – оно нафиг никому не нужно было.
Даже Путену.
«Уважаемый…». Интересно, если так говорят, значит, за что-то уважают.
А за что Вы уважаете меня? Жутко интересно. )))
Потом, я не «Юн», а Юм, точнее – Юм Адонаевич Могилкин – гвардии подполковник тракторно-пингвинологической службы, почетный потомственный пивовар, заведующий Крыжопольской пилорамой №1 имени Марфы Посадницы, судовладелец.
И какая именно моя мысль Вам понятна?
Но допустим, с этим почти разобрались, поехали дальше.
С чего Вы взяли, что мне что-то там не нравится?
Я непредвзят, поэтому совершенно равнодушен к творчеству большинства современных сочинителей.
И нет никакой необходимости встречать в штыки сказанное мной: слушайте старика Могилкина – я всегда дело говорю.
Значится, насчет серебра.
Открываем букварь, читаем:
«Серебренный и серебристый — паронимы.
Серебристый — то, что по цвету, напоминает серебро.
Серебренный — относящийся к серебру, как к металлу или изделию, выполненного из него. Цвет — только серебристый».
Упс!.. Незадача получилась, не так ли? )))
Но, чтобы Вас утешить в таком непосильном горе, скажу: золотой цвет действительно существует:
Об рифмах.
У меня таких проблем нет – ни с ними – с точными, ни со смыслом.
А если брать переводчиков, то и у Жуковского тоже не было никаких затыков, и у Ивановского, и у Маршака.
Если Вы считаете «рифмы», изобретенные Вами, точными – да ради Аллаха, считайте себе на здоровье, кто ж против?
Однако, оно всего лишь Ваше личное предположение, которое противоречит законам поэтики.
Только и всего.
Еще раз насчет праха. Давайте сделаем «снова здорово».
«Престол ветшает в прах без господина».
«Ветшать» – оно «дряхлеть», «стареть», «стариться» и «устаревать», верно?
«Прах», применительно к неодушевленному предмету, это «мелкие сухие частицы земли, чего-н. высохшего, распавшегося, сгоревшего» (Букварь).
Как престол может ветшать-стареть-дряхлеть-устаревать в «мелкие сухие частицы земли, чего-н. высохшего, распавшегося, сгоревшего» — уму не растяжимо.
Об Пушкине.
Исходя из Вашего сравнения меня с каким-то там Тугановым, Вы считаете мою скромную персону некомпетентной насчет поэтической составляющей, и я не стану следовать Вашему совету, поскольку прекрасно разбираюсь в классической русской литературе и того периода тоже.
Вы утверждаете, что Пушкин, как поэт – хрень собачья, значит, будьте любезны, обоснуйте свое мнение.
Да, и это, когда сам что-то сочиняю, то обычно – легко и просто, но бывает, что в голову приходят такие забавные варианты, над которыми, если их опубликовать, сам бы смеялся во весь опор.
Над стихами нужно работать, а не подавать читателю какой-то суррогатный полуфабрикат.
Да, приведенный отрывок — аналогия: в обоих случаях члены группировок узнавали друг друга по специально сделанным жетонам, а у кого их не было — тех, значит, в преступный круг не допускали.
)))
Раз человек умер, значит он липцу неинтересен – ни в жопу не поцелует, ни срушных очков-баллов не принесет.
Как вообще некоторые люди могут общаться с гришкой? – ведь от него таким дерьмом за версту разит, как от прорвавшей канализации.
А его клоунада со смертью Аркаши? Верх кощунства и цинизма.
«…хорошо воспитан, тактичен и очень нежен».
Нет слов.
)))
)))
Естественно, плотность железа такова (7,874 г/см³), что пропитать его кровью – никак не представляется возможном.
Но молчу, молчу. )))
Ведь гладиаторов на самом деле не существовало – все они фальсифицированная подделка, не так ли?
)))
А что у нее на аверсе?
«– Но, мой друг, – сказал Шико, – вы не забыли, что вам нужно произносить речь?
– Она у меня здесь, – сказал монах, стуча кулаком по своему лбу, на который со щек уже наплывал огненный румянец.
– В половине десятого, – напомнил Шико.
– Я солгал, – признался Горанфло. – Omnis homo mendax confiteor.
– В котором же часу на самом деле?
– В десять часов.
– В десять часов? По-моему, монастырь закрывается в девять.
– Ну и на здоровье, пускай себе закрывается, – произнес монах, разглядывая пламя свечи через стакан, наполненный рубиновым вином, – пусть закрывается, у меня есть ключ.
– Ключ от монастыря? – воскликнул Шико. – Вам доверили ключ от монастыря?
– Он у меня в кармане, – и Горанфло похлопал себя по бедру, – вот здесь.
– Не может быть, – возразил Шико. – Я отбывал покаяние в трех монастырях; я знаю – ключ от аббатства не доверяют простому монаху.
– Вот он, – с торжеством в голосе заявил Горанфло, откидываясъ на стуле и показывая Шико какую-то монету.
– Смотри-ка! Деньги, – сказал тот. – А, понимаю. Вы совратили брата привратника, и он в любой час ночи пропускает вас, несчастный грешник.
Горанфло растянул рот до ушей в блаженной и доброй улыбке пьяного человека.
– Sufficit! – пробормотал он.
И неверной рукой понес монету по направлению к карману.
– Подождите, дайте сначала взглянуть, – остановил его Шико. – Смотри, какая забавная монетка.
– Это изображение еретика, – пояснил Горанфло. – А на месте сердца – дырка.
– Действительно, это тестон с изображением короля Беарнского. В самом деле, вот и дырка.
– Удар кинжалом! – воскликнул Горанфло. – Смерть еретику! Убийца еретика заранее причисляется к лику святых, я уступаю ему свое место в раю.
«Ага, – подумал Шико, – вот кое-что начинает уже проясняться, но этот болван еще недостаточно опьянел». И гасконец снова наполнил стакан монаха.
– Да, – сказал он, – смерть еретику и да здравствует месса!
– Да здравствует месса! – прорычал Горанфло и с размаху опрокинул стакан в свою глотку. – Да здравствует месса!
– Значит, – сказал Шико, который при виде тестона, зажатого в толстом кулаке монаха, вспомнил, как привратник осматривал руки у всех входивших под портик монастыря, – значит, вы предъявляете эту монетку отцу привратнику и… вы…
– И я вхожу.
– Свободно?
– Как вот это вино входит в мой желудок.
И монах проглотил еще одну порцию доброго напитка.
– Чума побери! Если ваше сравнение верно, то вы войдете, не касаясь дверей.
– Для брата Горанфло, – бормотал мертвецки пьяный монах, – для брата Горанфло двери распахнуты настежь».
А.Т. Дюма, «Графиня де Монсоро».
тоже попадут под завтрашние поздравления?
)))
Перечисленные тобой граждане — приспособленцы-номенклатурщики, а не историки, об чем сыр-бор?
Читай Рабиновича — там все по-честному.
)))
)))
Мне оно вообще фиолетово, я такой же равноправный участник событий, каки остальные.
И всякие «разночтения в наших взглядах» не колышут, потому, что свой персональный – постараюсь отстоять по возможности, ибо он проверен электроникой зиждиться не на пустом месте.
Об Пушкине.
Оставьте все эти грошовые инсинуации от псевдоисториков. Товарищ был убит раз и навсегда. Все.
Александр Сергеевич сочинил порядка трех тысяч произведений. За тридцать семь лет своей жизни. Хвостов написал куда как больше. Но разница очевидна.
Творчество Жуковского мне нравится больше, чем пушкинское. Однако то, что Пушкин – мега-гений, я не отрицаю.
Об стихотворчестве.
Поэтика – это наука и наука точная. Такими же должны быть и стихи.
Малерб – предтеча классицизма, призывал поэтов сочинять стихи «живой разговорной речью и подражать в простоте изложения крючникам на мосту», т.е., так, чтобы всем все было понятно.
Ясное дело, что только пытливый ум способен зацепиться за всякие кракозябки, остальные граждане воспримут, как должное, любую хрень, выданную с должным пафосом.
Но, если в мире существуют въедливые старикашки, подобные мне, значит, поэты обязаны сочинять так, чтобы и у нас не возникло никаких вопросов, ведь пишется-то для людей, а не для самих себя.
Об хламиде.
Вроде бы, в оригинале было «серебряный царь ночи».
А визуально… Никаких богов в природе не существует, что их представлять-то?
Краска, имитирующая серебро, называется «Серебрянка», а не «Серебренная».
Где тут бабское?
)))
Об памяти на лица.
Было дело, отыскал, ради интереса, своего самого первого учителя – она тогда только выпустилась, мы были у нее первыми. Не узнала. Даже фамилию не вспомнила. Хотя прошло каких-то там сорок с небольшим лет, хотя я еще в первом классе блистал уникальными способностями – когда мне надоело выводить казенные каракули, принес на урок пропись, заполненную мной дома перьевой(!) ручкой еще в дошкольном возрасте, а потом (но это было уже в третьем), благополучно спалил крыло родной школы, поджегши лакокрасочные материалы, заготовленные к летнему ремонту.
Обидно-с.
)))
)))
)))
Интернет дал им возможность проявить себя в определенном контексте, вот они и стараются изо всех сил.
Был бы тот же липец обычным безвредным метроманом, да хрен бы кто заинтересовался его персоной.
Зато теперь он – фигура: сами Софья Юрьевна и Юм Адонаевич сотоварищи обратили на него свое внимание.
)))
Бывает.
Но, при этом, однако, хотите сделать им козу чужими руками? )))
«Все сфальсифицировано».
Как же я устал от подобных обывательских заявлений граждан, которые, не будучи историками по образованию, но, наслушавшись и начитавшись всяких шарлатанов, становятся адептами новой религии под названием «Оно было совсем по-другому».
Головой, головой нужно думать, а не каким-то там местом, падким на всякие антинаучные провокации.
)))
Кстати, а как Толик относился к твоей борьбе с ним? )))
С Бату-ханом все понятно. А насчет т.н. «Битвы на Куликовом поле» и первого «Лжедмитрия» — там не все так просто даже с точки зрения Истории. Не церковно-летописной, а той, которая наука.
…Ты знаком с Александром Васильевичем Коржаковым? Если что, я – да.
Зная Коржакова, у меня нет причины не верить ему: Собчак сдох от употребления «Виагры», а специально травить его – оно нафиг никому не нужно было.
Даже Путену.
)))
Езжайте, читайте.
Дарю.
)))
А за что Вы уважаете меня? Жутко интересно. )))
Потом, я не «Юн», а Юм, точнее – Юм Адонаевич Могилкин – гвардии подполковник тракторно-пингвинологической службы, почетный потомственный пивовар, заведующий Крыжопольской пилорамой №1 имени Марфы Посадницы, судовладелец.
И какая именно моя мысль Вам понятна?
Но допустим, с этим почти разобрались, поехали дальше.
С чего Вы взяли, что мне что-то там не нравится?
Я непредвзят, поэтому совершенно равнодушен к творчеству большинства современных сочинителей.
И нет никакой необходимости встречать в штыки сказанное мной: слушайте старика Могилкина – я всегда дело говорю.
Значится, насчет серебра.
Открываем букварь, читаем:
«Серебренный и серебристый — паронимы.
Серебристый — то, что по цвету, напоминает серебро.
Серебренный — относящийся к серебру, как к металлу или изделию, выполненного из него.
Цвет — только серебристый».
Упс!.. Незадача получилась, не так ли? )))
Но, чтобы Вас утешить в таком непосильном горе, скажу: золотой цвет действительно существует:
Об рифмах.
У меня таких проблем нет – ни с ними – с точными, ни со смыслом.
А если брать переводчиков, то и у Жуковского тоже не было никаких затыков, и у Ивановского, и у Маршака.
Если Вы считаете «рифмы», изобретенные Вами, точными – да ради Аллаха, считайте себе на здоровье, кто ж против?
Однако, оно всего лишь Ваше личное предположение, которое противоречит законам поэтики.
Только и всего.
Еще раз насчет праха. Давайте сделаем «снова здорово».
«Престол ветшает в прах без господина».
«Ветшать» – оно «дряхлеть», «стареть», «стариться» и «устаревать», верно?
«Прах», применительно к неодушевленному предмету, это «мелкие сухие частицы земли, чего-н. высохшего, распавшегося, сгоревшего» (Букварь).
Как престол может ветшать-стареть-дряхлеть-устаревать в «мелкие сухие частицы земли, чего-н. высохшего, распавшегося, сгоревшего» — уму не растяжимо.
Об Пушкине.
Исходя из Вашего сравнения меня с каким-то там Тугановым, Вы считаете мою скромную персону некомпетентной насчет поэтической составляющей, и я не стану следовать Вашему совету, поскольку прекрасно разбираюсь в классической русской литературе и того периода тоже.
Вы утверждаете, что Пушкин, как поэт – хрень собачья, значит, будьте любезны, обоснуйте свое мнение.
Да, и это, когда сам что-то сочиняю, то обычно – легко и просто, но бывает, что в голову приходят такие забавные варианты, над которыми, если их опубликовать, сам бы смеялся во весь опор.
Над стихами нужно работать, а не подавать читателю какой-то суррогатный полуфабрикат.
)))
"Тыбред" — это что такое?
Эвфония отдыхает.
)))